РУССКИЙ ПУТЧ, БЕССМЫСЛЕННЫЙ И БЕСПОЩАДНЫЙ
В августе нынешнего года исполняется ровно двадцать лет со времени памятных россиянам событий, связанных с ГК ЧП. Мы попросили поделиться мнением о них каневчан. Нашим собеседником стал бывшый райвоенком, тридцать пять лет отдавший службе в Вооружённых Силах СССР, а ныне пенсионер Бориса Шнуренко.


– Я хорошо помню, – сказал он, – те августовские дни 1991 года. Помню частые телевизионные заставки на всех телеэкранах с мелодией из балета «Лебединое озеро». Помню, как волновались многие каневчане по поводу решений, которые принимал так называемый Государственный комитет по чрезвычайному положению. Особенно переживали, когда на улицах Москвы появились танки. Я, как человек военный, хорошо представлял себе, что могут сделать танки на площадях, запруженных людьми. Слава Богу, что  у руководителей ГК ЧП хватило ума, чтобы их вовремя отвести.
 
Вообще, по прошествии 20 лет, многое происходившее тогда в августовские дни 1991 года, мне сейчас представляется уже несколько по-другому. ГК ЧП было, по сути дела, я так считаю, неудавшейся попыткой спасти СССР. Но, возможно, страна и не нуждалась бы ни в каком спасении, если бы не провальная политика Михаила Горбачёва. Взявшись реформировать большую страну, он поставил политическую «телегу гласности и демократии» впереди «телеги» экономической. Преобразования в экономике требовали глубокой проработки и длительного времени. А Горбачёв хотел сделать всё и сразу. Но у него даже первые кооперативы имели не как в Китае производственный потенциал, а в большинстве своём строились на схеме «купи – продай».
Если бы реформы в экономике пошли на основе продуманной модернизации производства, как в том же Китае, то союзные республики занимались бы экономическими проблемами, а не говорильней о политике и демократии. Жизнь людей в большой стране постепенно становилась бы лучше, и никто бы не помышлял о выходе из СССР. Кстати, референдум, который Горбачёв всё-таки сподобился провести, как раз и говорил о желании людей жить в едином многонациональном государстве, в СССР.
Когда я познакомился с мемуарами гэкачепистов, у меня невольно закралось сомнение в искренности Горбачёва на счёт его оценки августовских событий 1991 года. Он, видимо, в Форосе просто выжидал, как всё повернётся в стране.
Конечно, ГК ЧП с правовой точки зрения нельзя рассматривать иначе, как попытку государственного переворота. Если бы Горбачёв поддержал устремления гэкачепистов сохранить страну, скажем, выступил бы твёрдо в поддержку, или, набравшись смелости, ушёл в отставку, возможно, мы бы жили  с вами сейчас в другой стране.
Но история не знает сослагательного наклонения. В целом гэкачеписты, на мой взгляд, дали плохой правовой пример стране. Ведь согласитесь, что последовавшая затем Беловежская пуща – ничем не лучше по сценарию решения политических проблем в большой стране – без участия народа.
А потом ведь ещё был у нас и расстрел танками Белого дома среди белого дня – на удивление всему миру, санкционированного Борисом Ельциным…
Главный вывод из 20-летней истории, прошедшей со времени августовских событий 1991 года, я считаю, таков: нам в России надо сделать всё, чтобы в стране никогда более не нарушались Законы, а все проблемы решались демократическим путём в правовом поле, при всестороннем учёте мнения народа.
Фото: источник